Путеводитель по Свалке
Вверх страницы
Вниз страницы

Хранилище миров

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Хранилище миров » Нестабильная область » 20-21.2.4. ...Сегодня будет тепло.


20-21.2.4. ...Сегодня будет тепло.

Сообщений 1 страница 30 из 51

1

1. Название: ...Сегодня будет тепло.
2. Дата: 20-21 пьяаря 4 года эры БЗ.
3. Время и место действия:

Адвинтер, г.Вардес

Самый знаменитый из зимних островов, заснеженный остров является также и одним из опаснейших мест для неопытных путешественников. И – одним из интереснейших с точки зрения культов, ведь именно здесь берет начало Культ Ревуна. На редкость крупный, этот остров представляет собой нагромождение гор, вырванное из хребтов какого-то сравнительно молодого мира, которому не посчастливилось быть разорванным и затащенным в Свалку. Мощные пики, вгрызающиеся в бескрайнее небо, густые леса и опасная нечисть, таящаяся в них… долгое время люди не могли освоить заснеженные территории более чем на пол процента – именно столько занимали тогда крупнейшие деревни, которых с невероятным трудом защищали жители. Сейчас же остров имеет с десяток крупных деревень и собственную столицу – портовый город Вардес. Обжитая и безопасная зона кончается аккурат с наступлением гор – свободных мест и равнин для городов тут сравнительно мало. В горах же – объект страха местных жителей – живет крупная нечисть, Ревуны, в честь которых и был создан культ.
В центре острова имеется огромное незамерзающее озеро, огибающее подножья горных хребтов, оно же – любимое место рыбалки у местных. Правда, ходят слухи, что большая часть рыбы столь аккуратна и крупна, что поймать её удастся не каждому – тут бы самому добычей не стать!
Как поговаривают старейшины, в день, когда исчезнет последний ревун, сердце острова содрогнется, озеро навсегда покроется льдом и заснеженный остров просто распадется на части и начнет своё бесконечное падение. И, что беспокоит экологов, на озере действительно начали замечать тонкие островки льда на водной глади – весьма дурной знак.
На юге острова аномальная зона – единственное место, не покрытое толстым слоем снега и не заселенное. Вообще. Никак. Просто голая пустыня, происхождение которой неизвестно. Проходчики рассказывали, что если двигаться к центру пустыни, то вскоре на горизонте возникает марево, напоминающее странный город, и чем ближе ты к нему подходишь, тем отчетливее становится понятно, что это место давным-давно пришло в упадок... Но в определенный момент воздух перед тобой нагревается, город искажается и мгновенно пропадает.

4. Суть: продолжение игры: 19.2.4. О холодном ветре, частной собственности и клятых фанатиках.
Если в небе температура еще приемлемая, то атмосфера над этим островком мягко говоря, не радует.
Начинается вьюга. Снегопад рождается над островом и окружает все воздушное пространство плотным коконом белоснежных хлопьев.
Однако в единственном порту, являющимся так же местной "столицей", жизнь кипит круглые сутки, так что есть шансы найти не только остановку для отдыха и кормежки, но и решить дальнейшую свою судьбу.
5. Игроки: Сашиэль, Венсу

0

2

Как и в других жизненных ситуациях, Змеем правила лень, и потому в качестве следующей дислокации он выбрал место не особо далекое от островка с питомцем. Казалось, вечно снежный Адвинтер как раз готовился к прибытию знака и его юного последователя, четко обозначив себя в воздушном пространстве непроглядной белой пеленой вьюги, лететь через которую даже Змею с его габаритами и умениями было тяжко, тем более с таким ценным грузом на себе.
Хоть мальчонка и не мерз, Змей всё равно его жалел, понимая, что летящий в лицо снег ни ему, ни кому-либо другому приятно не делает, да и вообще сильный ветер может его пугать. Попутно знак не забывал и удивляться себе и своей внезапной доброте: с чего вдруг она вообще взялась и надолго ли?
А на земле, к слову, было поспокойнее: вьюга бушевала на высоте, отпуская вниз только мелкую снежную пыль, не создававшую никаких помех. Впрочем, едва ли в столь оживленном городе как Вардес хоть что-то может остановить вечное брожение толп, в которое пришлось ввязаться и Змею с Венсу.
Конечно, у Змея были свои корыстные цели: он знал все местные закоулки и переулки, по которым можно было попасть в любую точку города, минуя бесконечные толпы, но сейчас... Сейчас ему банально были нужны деньги, и самым простым способом их добыть была именно кража.
Чувствовал себя знак в такой ситуации, если честно, странно: у него не было совести, однако что-то куда-то болезненно давило внутри, заставляя обходиться с обворовываемыми еще осторожнее, чем ранее — ну, бывали случаи и до знакомства с Венсу, когда Змею надо было чем-то расплатиться. Настолько осторожнее, что даже мальчонка, которого знак как и раньше держал за руку, только теперь уже чтобы тот не потерялся в толпе с непривычки, не мог ничего заметить.
Ну, что поделать; был бы он чуть старше, Змей бы не стал ничего скрывать. А пока он такой маленький, ему ни к чему знать такие подробности.
А вообще, надо готовить его к жизни в этом суровом мире.
В какой-то момент улицы сменились огромной площадью; толпа заметно поредела, растеклась в разные стороны, но она больше не нужна была Змею, набравшему достаточно наличных для безбедного существования в ближайшие несколько дней. Как раз здесь, на площади, можно было найти что-нибудь полезное для этого самого существования — она была занята одним из местных рынков, самым приличным, как считал сам Змей: здесь не было такого обилия оружия, рабов, относительно запрещенных веществ, вещей и прочего, что потребовало бы дополнительных объяснений для Венсу. Большую часть занимали лотки со всяческой снедью, меж которыми ютились скромные посудные и оружейные лавки; чуть поодаль, на периферии площади, располагались под навесами торговцы тряпками — их Змей не особо любил за фанатичную и потому излишнюю любовь к своему товару.
Не совсем логично, наверное, было идти сразу на рынок, но и на такой ход у Змея было свое объяснение, основанное на наблюдениях и, все же, недоверии.
Хочешь чего-нибудь? — неспешно идя вдоль бесконечных торговых рядов, спросил он у Венсу, которого всё так же трепетно вел за руку. — В местных гостиницах еда так себе, так что лучше взять что-нибудь здесь.

+1

3

Питомец Змея летал превосходно. По крайней мере, те несколько мгновений, которые успел запечатлеть Венсу. Он во всю свою фигуру расправлялся на небосводе, нырял в воздушном пространстве, причудливо изгибаясь на фоне голубого небосвода. Красивый зверек. Особо поражала его гибкость — ей-богу, самая настоящая кошка! Такая кошка-рептилия, парящая в небе словно птица. Но покинуть его пришлось достаточно быстро — знак свое дело сделал, а значит оставаться ему было совсем не за чем. Жалко было немного, ну да ладно. Может, он ещё вернется, ну, чтоб обратно его положить спать. Скучная у него жизнь — поспал, проснулся на пару недель и снова в сон.
Обернувшись Змееостровом, предварительно вновь спрятавшись в тумане, знак дал Вене на него забраться и продолжил путешествие. Чувства от полета для него так и остались непонятными — какая-то невесомость неведомая. Полет их был не таким уж долгим, и целью его стал заснеженный островок, и вид его нагонял настоящую дрожь. Его обуяла ужаснейшая погода. Адвинтер заслоняла белоснежная граница снежной вьюги, шумевшая, ухавшая и сбивающее всякого, кто мог рискнуть залететь на землю гор. Правда, божеству эти преграды были вряд ли заметны, а вот мальчонка к своему родимому седлу прижался ещё сильнее, сжав камешек между ног и обхватив его руками так, словно надеялся из него сок выжимать - все боялся, что его снесет ветром. Снег хлестал, как проклятый. Бил прямо-таки! Словно это не жалкий снежок, а камешки, поднятые в воздух. По крайней мере холодно не было. Ну да и ладно, трудности они для мужчины же, их нужно терпеть со стиснутыми зубами.
Внизу Эрер почувствовал облегчение, перестал мучить несчастную глыбу. Та, наверное, и правда сок пустила бы от потуг мальчишки. В ногах была заметна слабость — поездка "верхом", когда так ухватываешься за бока "лошадки", дала веселые последствия. Вен пару минут, перед тем, как слезть с божества о чем-то думал - видно, боялся повторить предыдущий сеанс эпического с хребта Змееострова в снежок, и на удивление ему удалось. Пусть и снова он старался не сводить вместе ноги.
А вот от толп он чуть ли с ума не сошел. Люди! Много людей, бесчисленное множество, как реки перли. Самые настоящие огромные толпы разношерстных двуногих. Они ещё и шумели как черт знает кто. Мальчонка даже прижался к Сашиелю поближе, испугавшись такого скопления Homo sapiensов. Ну, там были не только человеки, а ещё и какие-то непонятные существа: то рога, то уши, то хвосты, то цвет кожи... мало они были похожи на нормальных жителей, вот и глазел мальчишка. А сам город. Он же огромный! Самый огромный из самых огромных! Ничего до этого Су не видел больше, чем большое село — а тут. Ещё и здания такие непривычные, будто попал в сказку. Хотя нет, даже в сказках не было такого немыслимого разнообразия вкусов.
Когда они вышли на площадь, он немного даже вздохнул от облегчения - народу там почему-то было куда меньше. И пахло получше, примешивался запах каких-то товаров. Почему-то мальчонку захотелось все это собрать и куда-то спрятать, ну, то есть, все, что можно употребить в питание. На прилавках было очень много непонятного, неизвестного и вообще странного. Незнакомые плоды, животные.
И правда, а что он хочет? Задумался. Интересно, тут было что-то привычное его обычному рациону? Стоило подумать о еде, как живот во всех красноречивых тонах напомнил о последнем времени бурного обеда. Какая разница, он сожрет и лося, причем полностью.
— А можно... — что брать, что хотеть? Хотелось много. Так бы он попросил фруктов или сладкого, но они бы не накормили его. — Хочу котлеты. У мамы были очень вкусные котлеты - прямо пальчики оближешь. Можно было даже есть их без гарнира - они все равно были вкусными.

+1

4

Змей даже удивился: он ожидал от Венсу чего-то более детского, тех же сладостей, приторный запах которых, кстати, доносился из глубины торговых рядов, но никак не котлет. Впрочем, так же лучше; котлетами люди наедаются быстрее и надежнее, чем всякими конфетками и печенюшками.
Пойдем поищем, — продолжая смотреть по сторонам и продвигаться вдоль лотков, спокойно согласился с предложением Змей. Чего там только не было вокруг!.. Даже у Змея, не особо нуждающегося в пище, разбегались глаза.
Откуда-то всё же легкий ветерок доносил запах котлет, а вместе с ними и пирожков, жареной рыбы и чего-то еще; туда знак и направился вместе со своим подопечным.
Как и все здешние лотки с провиантом, тот, к которому стремился Змей, был массивен и едва ли не прогибался под тяжестью всяческих вкусностей: лежали в плетеных корзинах разнообразные пирожки, покоились на широких блюдах жареные тушки разных птиц, и над всем этим великолепием висели на тяжелых крюках всяческие колбасы и копчености.
Выглядело солидно.
Интересно, конечно, было, заметит ли Венсу разницу во вкусе: наверняка котлеты в его мире и здешние различались сырьем; хотя... Мясо — в любом мире мясо, как думалось Змею, сейчас изучавшему товар с видом крайне серьезным.
Местные торговцы, кстати, исключая тех, которые торговали тряпками, были исключительно спокойными: за них всё говорил их товар, поэтому они не надрывались про соленья-варенья и просто ждали инициативы покупателя.
Искомые котлеты Змей нашел сразу, пусть те и были в виде пирожков. Скосив взгляд на Венсу, знак задумался, сколько это маленькое создание может съесть, чтобы насытиться, но не переесть, но такие расчеты давались тяжко...
Впрочем, выглядели пирожки солидно и сытно, так что едва ли надо было скупать всё имеющееся.
Будьте добры, парочку, — Змей вяло улыбнулся и кивнул в сторону корзины с пирожками с котлетой. Торговка, женщина средних лет, с тем же ленивым спокойствием, с каким до того стояла, достала из-под прилавка лист сероватой бумаги, в которую здесь обычно запаковывали съедобные покупки, и завернула в нее пару пирожков с низа корзины, где они были теплее.
Расплатившись дюжиной медных, Змей вручил Венсу его сегодняшний провиант.
Потом надо будет что-нибудь подобрать тебе из одежды, — поглядывая в сторону всё не замолкающих торговцев одеждой, сказал Змей. — Но это пока не первоочередное. Больше ничего не надо из еды?
А Змею, как и всегда, хотелось уже залечь спать, хоть он и не подавал виду.

+1

5

Веня пошел за Змеем, крепко взяв его за руку и вертя головой, аки флюгером. Красота неписанная, к которой они подходили, обладающая к тому же прекраснейшим ароматом, вызвала внутри мальчонки настоящие цунами из слюнек. Сколько ж там было кушанья! Вареньям-соленьям такое разнообразие не снилось. И пирожки, и тушки птичек (с виду не очень привычных), и колбаска, и просто мясцо какого-то крупного зверья. Да там бы и слона прилично упаковали. Все это Веня разглядел издали - голодный глаз уж куда зорче соколиного, а совершив свой мини марш-бросок до лавочки, вид на все эти прелести вовсе свел его, голодяя, с ума. Да провалиться ему под землю, а потом лететь до дна и ещё круга три, если он столько голодал, а вернее, "экономично тратил ресурсы на судне" в то время как эти существа вовсю пировали! Он бы просто сгорел, если б его ещё и зазывали торговцы, как то обычно делали на ярмарках, но те, к счастью, вели себя довольно спокойно.
Интересно, откуда Змейка достала деньги? Ну, и одежду. Вроде, во время перевоплощения сразу такая была, а в камнях гардероба не было...
Получив вместо желанных котлеточек пирожки, Вен обдумывать и размышлять, стоит или не стоит огорчаться долго не стал. Кивнув торговке, выражая тем самым свое "спасибо", он тут же с жадностью поглотил первую часть своего обеда, прерываясь лишь на то, чтобы отрицательно покачать головой Змею и продолжить кушать. На втором голодный запал уже выражался не так ярко, и скушал пирожок он не так быстро. Как странно, а ему казалось, что он и оленя сожрать может. Но факт того, что он заморил червячка был прекрасен
-- А ты не будешь? -- спросил он, -- Попить бы...
сори, работаю акушером у своих кошек

Отредактировано Венсу (24.06.13 01:33)

+1

6

Ну, я же не совсем человек, — с усмешкой ответил Змей. — Мне еда не так важна, как тебе. А попить... Дойдем до гостиницы и закажем чай.
Торговые ряды были и вправду бесконечными; знак и его подопечный, кажется, нескоро достигли другого края площади: там уже не было такого обилия вкусных запахов и аппетитных зрелищ, только пара широких столов со всякими безделушками из камней, стекла и каких-то ракушек, вокруг которых ходили серьезного вида люди, по виду которых можно было сказать, что они явно путники со стажем.
Ну да, для знака, не нуждавшегося в амулетах, то было и правда только украшениями; путники же рассматривали товар с дичайшим интересом. Может, потом и мальчонке подобрать что-нибудь?..
Дойти до гостиницы оказалось проще, чем пройти через весь рынок: буквально сразу же после того, как площадь втекла в улицу, Змей свернул к одному из домов, над дверью которого висела потертая старая вывеска, на которой только и читалось слово «...гостиница». Явно раньше там было что-то еще, но здешний климат был отнюдь не самым приятным и способствующим сохранности таких хрупких вещей, как деревянные таблички.
Внутри же было довольно мило и непривычно. Сразу за тугой входной дверью был небольшой уютный вестибюль, теплый, с приятным чуть приглушенным светом; чуть поодаль от двери находилась высокая стойка, за которой стояла девушка, здешний администратор. Выглядела она обычно, по-человечески; единственной выделяющейся деталью в ней были глаза: желтоватые, с вертикальным зрачком, который из-за света не так сильно выделялся.
Змею приходилось уже здесь бывать — правда, обстоятельств он почти не помнил, — и он видел эту девушку раньше; только вот дело было давно, и обличие было другое...
Добрый день, — проведя коротким взглядом по знаку и его подопечному, поприветствовала их девушка.
Добрый, — остановившись у стойки, ответил Змей. — Нам бы номер... Двуместный, без особых излишеств.
Здесь, как и на рынке, было удивительно спокойно и тихо; девушка кивнула, опустила взгляд, зашуршала за стойкой бумагами и что-то в них отметила.
Расчетный час в полдень, — спустя несколько мгновений заговорила она, выдавая заученную фразу, — ваш номер на втором этаже, — показала на лестницу, находившуюся в стороне от стойки и заметную без того, и положила на стойку ключ, в качестве брелка у которого была тонкая металлическая пластинка с номером, — четырнадцатый, дальний справа.
Змей благодарно кивнул и, забрав ключ, повел Венсу в номер. Знак преследовало чувство дежавю; впрочем, трудно было сказать, где же оно его покидало; из-за своей дырявой памяти, что-то все же оставляющей в себе, но в виде едва различимых деталей, всё окружающее в любой ситуации казалось ему уже знакомым. Хорошо уже то, что эту гостиницу Змей помнил вполне сознательно.
Номер был небольшой, но очень даже уютный. Напротив двери находилось окно, под которым стоял стол с массивной лампой; вдоль стен стояли две кровати, накрытые шерстяными покрывалами темно-зеленого цвета. Сбоку от входа была еще одна дверь, ведущая в санузел, и за полупрозрачной шторкой за входной дверью находились полки для вещей.
В общем, всё самое необходимое и без упомянутых в заказе излишеств.
Оглядевшись и удовлетворившись увиденным, Змей положил ключ от номера на стол и глянул на Венсу.
Сейчас приду, — вспомнив, что подопечный хотел пить, произнес он и вышел из номера, вскоре вернувшись с большой кружкой чая, приятно пахнущего травами. Поставив ее на стол, знак теперь уже с полным спокойствием уселся на свою кровать, прикрывая глаза и с ленивой неторопливостью снимая с себя накидку, после расстегивая уже порядком поднадоевший пояс, к которому крепились ножны с вакидзаси.

+1

7

Кто-то, кто совсем не ест казался каким-то немного невозможным. Это как так — совсем-совсем не ест? Ну прям ничегошеньки? И не спит, и не пьет? А может, он это делает по-другому? Ну, вампиры пьют кровь, а на другое кушанье им плевать — может, Сашиель тоже вампир, просто немного, кхм, другой. Ест там травку, как оленюшка, или земельку, как крот, или ещё чего - ну что с него, с божества, взять? А может, врет. И хрумкает где-нибудь в тайне.
А на полный желудок идти по этим рядам было уже не так тяжело, а запахи и виды кушаний больше не смущали и не вызывали порывов "хочу". На них даже можно было смотреть, не обливаясь каждый раз слюнями. А на вид они, особенно, плоды, довольно сильно различались от приличных помидоров-момидоров и цветами, и формами и, наверное, вкусом. Когда Вен заглатывал пироги, он даже не заметил ничего, просто проглотил, не пытаясь заняться распознанием вкуса. А потом, пошуршав пакетиком и бумажками от пирожков, побежал все это культурно выкидывать в урну, после чего снова стал присматриваться к окружению. Он никак не мог привыкнуть к этой снующей разношерстной толпе людей. Постепенно менялись прилавки и то, что на них лежало. Вскоре на лотках вместо варений, колбас и фруктов расположились украшения — браслетики, ожерелья и прочие вещи, некоторые из которых и на украшены едва ли походили. Но столпились около них люди, с виду на сорок до блестящего не похожие. А потом были какие-то книги, канцелярия, ещё дальше какие-то мелочи... В общем, рынок был полон самой разной снасти.
Попав в помещение, мальчик как-то обрадовался. Здесь этой смущающей непривычности было куда меньше — людей-нелюдей практически не было, исключая администратора. И обстановочка милая, правда, во многом отличающаяся от родной, но тут, наверное, все такое левое — свалка, оливье миров, приправленное разными культурами и своеобразным бытом, отличалась разнообразием. Теплота, легкий приглушенный свет и спокойные цвета интерьерчика были довольно привлекательными деталями места. Подошел он к стойке, правда, над ней блистали лишь светлые волосы - большая больно стойка.  Он даже встал на носочки, чтобы видеть побольше.
Змей кивнул, и Венсу пошел за ним в номер, приглядываясь ко всему незнакомому. Тот был не менее уютен, ежели холл. Сашиель вскоре вышел, оставив мальчонку наедине с этой комнате, тут же подвергшейся его кропотливым исследованиям — он рассмотрел и стол, и лампу, и кровати, и полочки для одежды, и шторку, прикрывающую их. Из окна открывался вид на улочки внизу. Это привлекло его больше всего. Издали людей разглядывать куда удобнее. Вот и сейчас он, глядя в окно, выискивал в них какие-нибудь особенности, коих не было в его мире. Как раз во время разглядывания и вошел знак, поставив чай, от которого так приятно пахло, на стол.
— Спасибо, — сказал он и начал хлебать. Правда, чаек оказался горячим, и со скоростью пришлось вести себя скромнее. Но все-таки, кружка медленно опустошалась. От окна Су не отрывался, разглядывая и далекие дали, и те, что были поближе, не обращая на переодевающегося змея.

+1

8

Сложив пояс и накидку в ровную стопку, Змей отложил их на стоящий за столом стул, на пару мгновений отвлекшись затем на созерцание Венсу, дико заинтересованного пейзажем за окном. Люди, однако, забавные создания...
Знаку трудно было поставить себя на место мальчика, и потому он даже не пытался, но всё же удивлялся: Венсу в таком нежном возрасте оторвало от семьи и друзей, закинуло сюда, на, по сути, свалку миров, отживших своё, в атмосферу совершенно незнакомую и непонятную даже тем, кто живет здесь уже давно. Хотя, может, дело как раз и в возрасте: был бы он постарше, точно бы стал думать о том да сём, понял бы, во что вляпался, и явно бы не выглядел таким заинтересованным. Или, может, не всё так хорошо было в его прошлой жизни, что он удивительно жизнерадостен здесь? Столько вариантов...
Змей вяло и медленно потянулся, откинулся назад, упираясь спиной в стену.
Да уж, в сравнении с кем угодно из этого мира его жизнь была невозможно скучной: летай себе по миру да раскидывай по последователям дары. Были, конечно, преимущества, но они слабо компенсировали недостатки: относительное бессмертие — никто его как таковое не проверял, но полагалось, что оно есть, — и собственный дар без ограничений — а толку с него, если ничем особо по жизни не занимаешься?
И, кстати, что делать с юным последователем дальше? Таскать его с собой, конечно, весело, но ему явно придется не по нраву уклад жизни знака, который даже не раскрыл свой высокий пост. Да и такие кочевания по миру от одной туманной стены до другой вряд ли есть хорошая методика воспитания детей — это Змей понимал интуитивно, так как опыта выращивания собственных детей у него не было. По крайней мере, в обозримых пространствах памяти.
Еще один виток глубоких дум...

+1

9

А люди все ходили и ходили. Такие разные. Совершенно непонятные. У кого-то шерсть, у кого-то чешуя, кто-то зеленый, кто-то ходит с причудливым хвостом или рогами. Мальчику даже ударила в голову мысль, что тут и боровы говорящие водятся. Он даже представил, как вел бы себя кто-то из его деревни, а лучше местный священник, глаголящий о мудрости этих животных. Вот бы его эта мудрость послала — как бы он забавно хлопал ушами и обливался в раскаянии. А увидев местных людей, наверняка признал бы в них своих божеств и начал скакать перед ними на карачках, поклоняясь. Его эта мысль немного даже развеселила.
Наконец отодвинувшись от окошка, он залпом допил чай и посмотрел на Змея. На улице было так ярко, красочно, что ли, а в номере было тихо и спокойно, даже скучно. Знак распластался на своей постели и о чем-то задумался. Было даже как-то непривычно — обычно, ну, вернее все прежнее проведенное рядом время, он, не замолкая, бесконечно о чем-то рассказывал. А тут — тишина, прерываемая разве что этими толпами людей. Их головы, покачиваясь во время шага, почему-то напоминали мальчику волны, и он решил, что будет красивее их гогот, беседы и прочие звуки, испускаемые ими, называть шумом моря. Правда красивее, тем более, что моря он никогда не видел — только реки. Наверно, море похоже на эти толпы.
Вене захотелось о чем-то поговорить с Сашиелем, правда, о чем именно он не знал. В голове, жужжа, вертелся улей мыслей, но вот какая из них годилась для разговора? Брякнувшись на свою постель, при этом закинув руки за голову, он наконец осмелился заговорить.
— Зме... — он хотел было назвать знак его настоящим именем, но потом поправился — Сашиель. А как ты, ну, здесь оказался? То есть в этом мире, — наверно, не самая удачная тема разговора, но он явно не знал, что можно спросить.

+1

10

Змей провел медленный взгляд по комнате и остановил его на Венсу; конечно, из омута своих мыслей его такой вопрос вытянул, но знак отнесся к этому спокойно: всё равно ничего толкового он там не нашел и не надумал.
А интересные он вопросы задает... Подкапывается к истине постепенно — и сейчас придется всё же что-то придумать и соврать.
Наверное, всегда здесь был, — спокойно ответил он. — Ну, сколько я себя помню.
В принципе, логично. Существо, в истинной форме выглядящее как остров, очень даже неплохо вписывается в картину мира, составленного исключительно из разрозненных кусочков суши, парящих в воздухе. Вот только эта амнезия...
У меня не очень хорошая память на давние события, так что не могу точно сказать, здесь я родился или же где-то в ином мире. Но так как у меня нет никаких конфликтов со здешним мирозданием, то почему бы не принять на веру то, что я местный? — им овладело ленивое настроение; говорил он уже не так, как когда рассказывал о своем питомце: теперь уже спокойно и размеренно, сходно с его манерой общения в истинном обличии.
Но, несмотря на внешнюю и внутреннюю расслабленность, Змей был готов парировать в разговоре любой острый вопрос, который мог бы как-то коснуться его истинной природы. А таких вопросов от любознательного Венсу могло поступить еще немало...

+1

11

А если здесь такие разные люди, а Змейка говорила, что время сделает и его странным, то каким он станет? Может, отрастит себе какие-нибудь огромные крылья или перепонки, и будет бороздить просторы свалки рядом с огромными скатами, китами и непонятными рептилиями, как питомец знака. Или станет огромным кентавром. Или вдруг вырастет и станет большим-большим, что люди будут казаться под его ногами песчинками. Или, или... Фантазии захлестнули мальчонку с головой, он подолгу задумывался, каким может вообще быть человек, каким он может стать и что может уметь. И удавалось ему здорово — в маленькой головенке тут же оживали непонятные фентезийные фигуры.
А история Сашиеля должна была оказаться как минимум интересной. Что это за мир, в котором камни живы, летают и становятся людьми? Как он, такой сильный и крупный, смог попасть на свалку? Не оторвало ли ему пару звеньев в путешествии?.. Эта история должна была быть трагической и захватывающей, но божество не нашло для него того ответа, что мог удовлетворить падкого на истории Венсу. Он был здесь всегда или даже не помнит, где был ранее! Но крепкое убеждение в том, что так быть не должно не дало мальчику вот так вот принять историю на веру:
— А-а-а может, ты в своем мире был очень важный и сильный, — неторопливо, даже немного стеснительно начал он, — ты узнал какие-нибудь очень важные тайны и решил вести восстание. А потом набрал себе много-много друзей, ну, чтобы вместе его вести, — мальчишке дико нравилась его выдумка, вот он и начал говорить смелее, — и тогда твои враги тебя испугались и ночью стерли твою память, чтобы ты потерял все тайны! А потом, чтобы ты не смог вести восстание, они тебя выкинули сюда. А в голове была куча картинок! Вот Змей неторопливо везет своих друзей, и они осматривают базы врагов, вот они все вместе обсуждают план нападения — ну, из друзей кто-то обязательно должен был быть очень хитрым.
— Не переживай, у тебя ведь хорошие друзья, наверняка хорошие. Они обязательно победят.
Он немного помолчал, пофантазировал. На полу причудливо плясали тени, переплетаясь в узоры и картинки. Точно так же они плясали и у Вени в комнате утром, он любил за ними последить и воображать, что они пытаются ему что-то рассказать. Они и сейчас там пляшут или будут плясать — может, там сейчас ночь. А ночью за окном такие силуэты!.. Правда, мама не любит, когда выходишь на улицу, приходится из окна. Сейчас она наверняка ищет сынка. Жалко как-то, так далеко от мамы.
— Са-а-аш, — лениво протянул он, — у тебя здесь никого нет? Совсем никого-никого? Кроме той воздушной ящерицы.

+1

12

Глаза Змея медленно расширились; он с нескрываемым удивлением смотрел на мальчонку, которого ну уж очень захватил собственный вариант биографии знака. Конечно, дети склонны выдумывать, а в скучной обстановке они занимаются этим еще чаще и больше, массивнее и красочнее, но не так же!
Хотя так знак отреагировал просто с непривычки: его происхождение никого особо не интересовало, только, может, очень преданных последователей, но те ограничивались мутными фразами про туман да грозовые тучи, из симбиоза которых в лютую бурю появились камни, позже под аккомпанемент грома и молнии составившие остов истинного обличия Змея.
Н-неплохой вариант, — только и выдавил из себя Змей. Интересно, что и про что Венсу еще придумает?..
Еще один вопрос мальчика загнал знак в тупик: Змей вообще не распалялся на мысли о себе, оставляя те последователям — если уж им так хочется, пусть думают. Никого нет, совсем никого... Драматично.
Змей пожал плечами с безразличным видом — как только Венсу закончил рассказывать героическую историю, удивление прошло, так как лишилось информационной поддержки, — и принялся накручивать на палец особо длинную прядь волос.
Он не особо мой, — заметил знак после недолгой паузы. — Он вполне самостоятелен; я только контролирую его спячки.
Собственное одиночество Змей осознавал странным образом: он считал, что так оно, в общем-то, и должно быть, и что в компании нуждаются исключительно те, у кого есть какие-либо слабые стороны. У себя знак их, естественно, не видел.
Да и куда ему, с его образом жизни, еще какие-то друзья да родственники?

+1

13

Сашиель, сбитый с толку такими предположениями, удивлялся как никто другой, но монологу не мешал. После диалога он и вовсе стал накручивать на палец прядь волос, мальчонка даже решил, что знак совсем его не слушал. Для него такие забавные фантазии были нормой и заполняли минуты безделья, а самих историй было огромное множество. Рождались они с полтычка, и тут же обрастали подробностями, красовались фактами, а в уме становились чуть ли не фильмом.
А на вопрос не ответил, только дал мальчишке замечание насчет летучей ящерицы, что подтверждало гипотезу мальчишки. Но такое вот соглашение словно рубануло по дальнейшему разговору. Веня долго молчал, лежал себе на постельке, устроив себе руками ещё одну подушку, уставившись в потолок и в очередной раз погрузившись в раздумья.
Шум с улицы заполнял стены, обретая форму. Смеси людских голосов, топот, гогот... Все они становились чем-то единым, каким-то древним языком. Может, и не было его вне головы Венсу. Древний язык говорил с Эрером, а тот пытался понять его, вычленить отдельные созвучия, пробуя их на языке и бормоча. Снова бесцельно он проглатывал время.
Но бездействие смущало. Может, божество пыталось отдохнуть или уснуть, мальчик не знал, но сам не желал расслабляться. Да, день его был насыщенным и ярким, он многое пережил. Но перед этим он спал напролет половину недели, не меньше! Жизнь бурлила внутри него, извивалась, не давала просто так откинуться. Она не терпела скуки, она звала на дальнейшие подвиги, она заставляла энергию скакать внутри непримиримым быком, лягаясь и бодаясь.
Фантазии внутри не дают такого удовлетворения, как фантазии высказанные, но почему-то больше знаку не хотелось рассказывать — он все равно не слушал. Так и будет вертеть свои космы на пальце. И спрашивать насчет жизни его не было желания — кучка камня опять тыкнет замечанием или промолчит, а то и вовсе прикажет заглохнуть. А расспросы о мире попросту надоели, голова от них трескалась.
Мальчонка перестал глядеть в пустоту и перекатился на бок, уставившись на девушку и подперев голову рукой. Светлые волосы просачивались сквозь дыры между пальцами.
— Если прикрепить к Змееострову ещё один камень, то он станет частью Змееострова и полетит? — он вдруг задумался о том, что Змееостров можно сделать длиннее или короче, а ещё что на нем можно построить маленький домик. — Он чувствует, если камень бьют?

+1

14

За растянувшуюся паузу Змей не особо изменился — только лишь стал медленно водить взглядом по потолку, продолжая крутить длинную белую прядь. Его вполне устраивало собственное положение: и молчание, и одиночество, и безграничная лень, и всё-всё-всё остальное — так он жил всегда, сколько себя помнил. Со временем и Венсу, наверное, втянется в такой размеренный темп, но сколько этого самого времени понадобится?.. Впрочем, трудностей в жизни Змея не было никогда — он в принципе не принимал такое понятие, — так что и это, вероятно, долгое ожидание не представлялось чем-то тяжким.
Терпения знаку было не занимать.
А мальчонка, передохнув от шквала фантастических идей, снова продолжил...
Нет, — тем же удивительно спокойным тоном ответил Змей, не отрываясь от созерцания потолка. Конечно, интересный вопрос, на который можно отвечать долго, но вряд ли научные объяснения заинтересуют Венсу. Хотя... Может, это послужит еще одним шажком к взрослому восприятию мира?..
Это не камни, по существу, — начал знак. — Всё, что окружает тебя, состоит, по сути, из одного и того же: из одинаковых мельчайших частиц, которые всего лишь складываются в разных порядках и пропорциях и в зависимости от того составляют различные структуры. Причем, не всё вот так сразу; частицы воздействуют друг на друга, образуя между собой комплексы, допустим, первого порядка; те так же взаимодействуют между собой и между свободными частицами, образуя комплексы второго порядка; и так продолжается далее и далее, пока всё это не обретет конечную форму, такую как я, ты, кто-либо или что-либо еще. Так, всё состоит из одного и того же, и только порядок задает различия.
Знак старался говорить проще, но получалось это явно так себе, правда, энтузиазма это не отбавляло.
И вот сейчас различие между тобой и мной минимально: мы оба сейчас люди. Когда же я в форме острова, различий, конечно, больше, но их опять же не так уж и много. Касаясь вопроса о боли: нет, так как в камне нет структур, воспринимающих её и ощущения, подобные ей. Никто не мешает мне создать их, но зачем?
Однако, у Змея были удивительно циничные взгляды на жизнь; все для него были только складом мелких частиц, одаренным душой — хотя и ее он пытался в уме разложить на детали, пусть и не высказывал своих гипотез на этот счет.
Ничего удивительного и магического, — на последнем слове он внезапно выдал презрительную нотку, но после уже снова заговорил монотонно и ровно, — нет в каких-либо перевоплощениях; это всего лишь перестановка всех этих структур различных порядков для образования необходимой формы. Все одаренные этого мира делают это не задумываясь — оттого их дар предельно ограничен. Если бы они вникли в происходящее, может, им бы удалось скорректировать дар в нужную себе сторону.
Не то что бы Змей намекал на что-либо; он говорил правду: дары он назначал не напрягаясь, следуя опыту: никто их его подчиненных за долгие годы не задумался о природе перевоплощений, и все спокойно живут как бог послал. Следовательно, зачем знаку утруждать себя лишней работой?
Когда понимаешь все эти процессы, можешь позволить себе больше, и потому я умею делать то, что умею, — подытожил о перевоплощениях Змей. Внутри он злился на своих подопечных, не отличавшихся особым умом, но то было исключительно внутри. Заставлять кого-либо думать Змей не хотел и давно уже ничего от подопечных не ждал; только делал свою работу в нужном объеме.

+1

15

Отрезала Змеюка. А потом со спокойным видом продолжила разглядывать потолок, немного позднее решив-таки объяснить мальчику, почему "нет". Правда вот объяснение вышло нудным и непонятным, чем-то напоминающим сочетания буковок в заумных книжках, которые читал дядя Вени. Там постоянно говорилось о чем-то сложном и абсолютно бесполезном в жизни. Но все же паренек выслушал и попытался вникнуть в описание Сашиеля, попутно представляя их в голове для лучшего понимания. представление, правда, получилось каким-то смутным и непонятным, только ещё больше запутало. А в объяснении было полно непонятных слов типа "структур" и "пропорций". Слова эти он слыхал часто и даже понимал их важность, но точного значения не знал, и понятия не имел, что Остров имел в виду, говоря о них. И эти непонятные первые-вторые порядки, вообще ужас. Но общая мысль под этими понятиями не укрывалась, была ясна без них. И слава богу. Гласила эта мысль примерно нечто такое: "Мы слеплены из одного пластилина, но разных цветов, размеров, деталек и количества этого пластилина, вот и сказке конец, а кто слушал — молодец".
Но змейка неплохо разговорилась на эту тему. Говорила и говорила, дальше и дальше, больше и больше, загружая маленькую головушку неведомыми замечаниями. Она ушла далеко от поставленного вопроса, заблудилась в куче сказанного, и ответом своим была уж очень увлечена, как решил мальчик. Сашиель пытался предельно ясно для себя объяснить процесс его перевоплощений, можно сказать учил Эрера этим перевоплощениям, словно бы мальчонке это должно было пригодится... А почему словно? Подумав об этом, парень стал пытаться как-то изменить эти "порядки", "структуры" и "пропорции" в себе. Тужился, представлял что-то, вертелся, поднимал руку и выписывал ей странные пируэты. Формы, гадины, не менялись.

+1

16

Как знак и полагал, Венсу, как и другие немногочисленные избранные, кому повезло услышать такие объяснения простейших вещей, не заинтересовался. Его это не расстроило; просто он снова убедился в том, что, по сути, все люди — одно и то же, и интересуются исключительно собственной выгодой, но никак не подробностями ее обретения.
Даже, увы, такие маленькие и, казалось бы, неиспорченные взрослыми корыстными взглядами на всё, включая глобальные вопросы мироздания.
Впрочем, не только с людьми у знака были проблемы: его собратья по происхождению тоже не горели желанием вдаваться в науку, и, как иногда думалось Змею, не особо задумывались даже о собственных способностях, считая их чем-то само собой разумеющимся, мол, я же знак, я же божество, значит, мне положено уметь что-то невероятное в невероятном объеме и раздавать своим последователям свое умение бескорыстно и поровну.
Ну, что тут поделаешь. Не станешь же насильно объяснять, что да почему; не станешь и перечислять пользу знания. В конце концов, что можно требовать от мира, в котором местных можно пересчитать по пальцам, а основная масса — пришельцы из других миров, в каждом из которых своя наука.
Змей опустил взгляд с потолка на Венсу, внимательно смотревшего на свою руку. Ну еще бы это сработало так просто...
Если бы у Змея было чувство юмора, он, конечно же, поиздевался бы над своим юным последователем и сделал из его руки что-нибудь, но знак таковым не отличался абсолютно и не имел желания подыгрывать. Да и хватит с малого даров на сегодня: и естественный обогрев, и усиленное ночное зрение...
Дары не были понятием конечным, но разбазаривать их не желал никто из Пантеона Знаков.

+1

17

Как бы он не вертелся, рука не изменялась, хотя ему казалось, что от предплечья к кончикам пальцев волнами, одна за другой, течет непонятная энергия. Конечно, это ему казалось и так на самом деле не было — но что с него возьмешь? В итоге после всех этих стараний, надуманных ощущений и усердных попыток, порядки-структуры-пропорции остались теми же, родимая конечность осталась ей же, а сам мальчонка решил, что Змееостров из него никакой, а вернее, точно такой же как балерина или великий ученый.
Почему-то он думал, что знака развеселят такие порывы, однако, тот молчал и не показывал никаких эмоций на лице. То было даже лучше, ведь никому неприятно, если над ним смеются, как над клоуном.
— Я не знаю, что такое "пропорции" и "структуры", — изобразив на лице искреннее недоумение, признался он. Все, что говорила Змейка должно было быть полезным для выживания в мире, ведь она рассказывала и о божествах, и о радужном тумане, и о местных жителях, и вообще с виду была довольно умным и образованным камнем. Не то что мальчишка, едва ли справляющийся с обычным счетом. Потому, надо было удостоверится в том, что он все правильно понял, постараться немного вникнуть, а уже потом вступить во второй раунд укрощения внутренних порядков-пропорций-структур (второй раунд должен был быть обязательным, иначе получиться что он быстро сдался). Веня даже приготовился к длинной заунывной и неинтересной беседе, которая ему предстоит со знаком после такого вопроса. Правда знание этих слов вряд ли спасло бы его и помогло захватить полный контроль над собственном телом. Но слова полезные, их надо знать, вдруг пригодятся. К тому же, говоря заумные фразочки, можно казаться постарше, чем ты есть.

+1

18

Не думаю, что тебе это пригодится, — спокойно ответил Змей, исходя из всё тех же своих побуждений. — Это всё софистика.
Наверняка Венсу не понял, о чем знак сейчас сказал и что имел в виду.
Пропорциями и структурами я назвал более сложные суммарные понятия, которые тебе будут еще более непонятны. Серьезно, можешь не заморачиваться: большая часть этого мира с трудом оперирует числами большими, чем количество пальцев на руках; чего уж требовать от них таких глобальных помыслов о мироздании. А дар... Ну, боги тут редко допускают ошибки, так что дадут тебе что-нибудь подходящее; и раз у тебя не было до того никаких способностей, тебе будет не с чем сравнить и не к чему стремиться.
Знаком снова овладела лень. Все свои негодования он свел к простой неспособности обычных людей рассуждать о чем-то отдаленном от жизни, чем-то, что не дает прямой выгоды.
Брать на себя роль проповедника Змей, к слову, не хотел, даже если представить, что общественность внезапно заинтересовалась происхождением себя и своих способностей, но это уже были явные изъяны его характера, сформировавшиеся тогда же, когда и появился сам Змей: его личность не эволюционировала во времени никак и не изменялась под действием внешних обстоятельств.
В конце концов, знак смирился с тем, что юному последователю не хватит направленности мысли для того, чтобы понять все те идеи, которые держал в себе Змей; его явно понесет в фантастическую сторону — а так можно объяснить что угодно, не утруждая себя и самого Венсу долгими ликбезами.

Отредактировано Сашиэль (28.06.13 06:21)

+1

19

Змей не объяснил, отмахнулся от вопроса, сказав, что Вене все равно не понадобится то, что Змеюка скажет. Разумеется, мальчонке это не понравилось. Как глупо! Сначала пытаться что-то объяснить, а затем сказать, что "это тебе не понадобится", обозначив перед этим ещё одним непонятным словом. Которое вообще слышалось впервые. Хотя слышалось довольно солидно, сразу была видна принадлежность к этим напыщенным книжонкам. Объяснял он вообще как-то непонятно и совсем неясно, Вене оставалось только наклонять голову в любопытствующей физиономии. Он смог только немного понять о даре, но то ему как-то совсем не понравилось. Особенно кольнуло то, что "тебе будет не к чему стремиться". Словно серпом по... словно серпом! Да есть ему, к чему стремиться, есть. У него цель, причем цель важная, во вселенских масштабах, он должен вернуться домой. А раз у него такая цель, то и навыки ему нужны подходящие, раз "никому прежде не удавалось" совершить такое.
Он немного подулся, подумал, но ничего не оставалось, как продолжить беседу.
-- Сашиель, к чему тогда стремишься ты?
офф: потом допишу, валить нужно

+1

20

Близко, очень близко: так Венсу может нечаянно задать такой вопрос, на который Змею было бы трудно ответить обычным увиливанием.
К чему я могу стремиться? — с усмешкой переспросил он. — Я достиг всего, чего хотел.
Ну, и раз уж съезжать с острой темы, так съезжать красиво.
По-твоему, здесь еще кто-то способен обращаться в остров и в такой форме блуждать по миру?
Хотя получилось остро и даже как-то... намекающе. Впрочем, Венсу, не знакомый со здешним укладом жизни, едва ли примется глубоко думать об этом всём, а тех знаний, которыми он владеет на данный момент благодаря собственным наблюдениям и повествованиям Змея, ему должно хватить на осознание того, что быть в таком мире разумным островом — удивительно удобно и безопасно.
А если и не хватит, то он же переспросит, так открыв новый тур увиливаний Змея от прямых ответов. Чего еще от него можно ожидать?
В этом мире у более-менее развитых жителей есть только одна цель — выжить. В этом им частично помогают дары, которые, как я ранее говорил, не от балды даются.
Снова накатила лень; Змей замолк, то ли так предоставляя Венсу возможность сопоставить реплики между собой и вывести общее, то ли действительно поленившись договорить. Скорее даже, сочетание того и другого, получившееся, правда, грубоватым.
Понимаешь, к чему я клоню?

+1

21

офф: лень стало дописывать х)
Сашиель ответил с ухмылкой, а затем завел какую-то самодовольную трель. Он всего достиг, и ему не к чему стремиться и вообще, он крут до невыносимости. Правда сам мальчонка не понял, в чем вселенский кайф того, что обращаешься островом — он не считал божество чем-то выделяющимся и счел, что так может любой, кому выпадет подобная способность. А делать целью своей жизни превращение в кучку камней... Ну не странно ли? Правда, он тут же понял, что знак индивидуален в своей способности.
А когда он заговорил, что все хотят только выжить... Мальчонка просто хотел умереть от того, насколько ему было противно. Да это же глупость! Самая настоящая глупость несусветная, ужас! Даже дядя, тот, что с заумными книжками, и тот кричал, что жизнь отличается от существования, а тут такое. Цель жизни — выжить! Да ну её, такую цель. Сколько раз Веня не попадал в переделки, никогда только выжить не хотел — исследовать все желал, проверять на зубок. Он был возмущен, ещё больше разозлившись на Змеюку, но не привык в открытую противиться. Недовольно буркнул свое "да", пробубнил себе под нос, поворчал-пофыркал, но не сказал. Внутри было противное чувство детской злобы на божество. С шумом мальчишка перевернулся, плюхнувшись на живот лицом в подушку и ушел в размышления, опять оставив комнату в немом молчании. Больше он даже ни на что не глядел, в его глазах была сплошная чернота. Откровенно, он бы с радостью перевернулся обратно или повернул набок голову, так как было тяжело дышать, но из упертости не стал. В голову закралась мысль, что было бы неплохо помыться. Довольно редкая мысль для такого мелкого мальчишки.

+1

22

По виду мальчонки нельзя было сказать, что он что-то сильно понял и принял к сведению; кажется, он вообще был на грани обиды на Змея.
Впрочем, это мало волновало самого Змея: чужое отношение к себе он не воспринимал никак и относился к нему любому как к факту, который он не в силах изменить. Не сильно того и хотелось, в общем-то.
Хотя он прекрасно понимал корень проблемы: Венсу еще слишком мал и слишком мало видел в этом мире, чтобы согласиться со Змеем, действительно много повидавшим; а такое излечит только время и наблюдения. На минутку знак даже задумался, где в этом мире самая высокая концентрация острых событий, чтобы потом затащить туда юного последователя и показать ему истинный ритм жизни здесь, чтобы впоследствии у того не возникало таких обидок и всяческих вопросов, но вовремя угасил собственный энтузиазм — опять же, лень.
Да и что думать; так уж этот мир устроен, что неприятности сами найдут свою жертву, как бы та ни старалась укрыться от них.
Змей спустил взгляд с потолка и прикрыл глаза. Спать он хотел как и прежде, но растягивал свое желание и перебивал его легкой дремой, в которой, как казалось, он находился постоянно и даже в бодрствовании, исключая редкие моменты стычек с кем-нибудь.
И все же надо будет вытащить Венсу на острова Центрального Круга. А потом, может, двинуть на запад...

+1

23

Змеюка мог бы что-то сказать, что-то вставить, однако не стал и с чувством собственного достоинства валялся себе дальше, никому не мешая. Ну что за бяка?
На шее и руках чувствовалось поглаживание Йошинг-Ахда, за окном шум и возня продолжались, но уже не замечались, став на короткое время чем-то вполне привычным, а вскоре и совсем затихли. Затихла и обида. Затих весь мир, став чем-то крошечным и незаметным, вовсе ненужным и несуществующим. Плавно мальчонка погружался в сон. А вроде бы, спать не хотел: это вышло как-то непроизвольно, само собой.
А снилось ему что-то волшебное и непонятное. Мутанты и суперлюди, говорящие существа... Он во сне постоянно мычал невнятные героические речи, при том, видно, в попытках жестами указать на важности своих бормотаний "бросался" руками, да ещё и постоянно ворочался, оборачиваясь в самые неожиданные позы, сбросив к чертям одеяло на пол. Благо уснул в одежде, сам сонливости не ожидая, а потому и не замерз, спокойно продолжая во снах вести оживленные переговоры, бунты и боевые действия. Может и не бунты - кто знает? - но оживленные действия и яркие фразы определенно были, и он их с яростью переносил в реальность.

+1

24

В какой-то момент, отдаленный во времени от прервавшегося разговора, знак приоткрыл один глаз. Его вытащил из сладкой томной дрёмы его юный подопечный, во сне активно с кем-то сражающийся. Какой забавный детёныш...
Всё тем же одним глазом Змей глянул за окно: Йошинг-Ахд неспеша плыл по небосклону, удаляясь за воображаемый горизонт и рассыпая последние золотисто-рыжие блики своего диска. Было бы неплохо, если бы Венсу так и спал до утра, но что-то подсказывало знаку, что есть вероятность, причем, весомая, что мальчонка не так любит сон, как хотелось бы, и может вскочить посреди ночи, под завязку полный энергией и новыми идеями. Не зря же он так бурно... действует в своих снах.
Знак тихо вздохнул, потянулся и прикрыл глаз. Перспективы рисовались ему не самые радужные, но поделать с ними он ничего не мог, кроме как просто ждать, когда Венсу нагуляется по своим снам, и в ожидании своем дремать.
Не глядя Змей стянул сапоги и наконец-то лег нормально: всё-таки это обличие было максимально близко к человеческому и имело свои слабости. Например, долгое время уже у знака тянуло затекшую спину, но тот стоически это игнорировал, не желая отвлекаться от блаженной дремы. Ну, а теперь, раз уж проснулся...
Он даже потянулся еще разок; где-то глубоко хрустнули позвонки, там же приятно потеплело. Интересное же тело!..
Впрочем, такие мысли Змей всегда держал в себе и даже там не развивал, ограничиваясь крайне сжатым мнением.

+1

25

Спал он по своим меркам несоразмерно долго — за такое время мог выспаться бегемот, слон и какой-нибудь бирокатуш из какого-нибудь ориовинского мира, причем, по очереди. Может, он бы не просыпался и продолжил валяться до победного конца, но на нем сказались последствия постоянно спящего путешествия и голод, который, похоже, единым пирожком вместо обещанной котлеты не обошелся. Желудок взбунтовался против мора и выкинул мальчонку из его страстных завоевательных походов, а тот, с видом растерянным, ещё некоторое время валялся в постели, следя за Змеем — обычная для него детская забава. Это весело, притворяться спящим, вести дозор за всеми бодрствующими, а затем, в самый подходящий момент, вскочить с кровати и напугать их. Но знак валялся неподвижно, словно каменная статуя, такого пугать неинтересно. И сколько ни ждал мальчик, интереснее не становилось. В итоге он, потрепанный, лениво сполз с постели (а лежал он, кстати, черти как) и тут же занялся делом просто невероятной важности, требующим максимума сосредоточенности и умений — он заправил постель, аккуратненько, с видом деловитым. Затем о чем-то подумал, отряхнулся, поправил одежду, посидел, ожидая чего-то непонятного, улегся, повалялся, снова поправил постель, при том тихо и неслышно, как мышка... В общем, занимал себя, как мог. Но скучно. Вообще скучно. Кому весел знак в дреме? Вот Венсу и подошел к нему поближе, постоял, но тут же откатил на тормоза. Не знал, стоит ли ему будить Змееострова или нет, разозлится он или нет, и вообще вежливо ли его будить в такой ситуации или нет. Вроде нет, на дворе почти ночь, едва ли светать начало. И вообще, он на него обиделся. Но делать-то нечего, вообще. Пустая комната! Четыре стены, окно, две кровати, стол и почти пустые полочки за шторкой! Что в них можно было найти интересного? Можно было присмотреться к вещичка змеюки, но он на неё обиделся. За окном практически опустевшие улицы не стоили особого внимания... Хоть помри, но дел не найдешь. Будет так и стоять над Змеюкой и думать, что делать, пока Змеюка не встанет, а понадобится, так все ноги стопчет.

+1

26

Не стой над душой, — не открывая глаза, тихо произнес Змей и потерся щекой о подушку. На дворе точно ночь — это знак чувствовал и так, не смотря ни на комнату, ни за окно. И чем теперь занять точно полного энергии Венсу, который еще и, скорее всего, обижен на своего покровителя?
Идей у Змея не было; едва ли они бы появились, если бы он проснулся нормально, а не отвечал из дремы, продолжая нежиться в теплой постели.
Что вообще делают с детьми такого возраста в этом мире?.. Ответы были неутешительны: их таки таскают за собой их спасители-покровители, обучая их премудростям жизни в вечном пути куда-то, либо оставляют на произвол судьбы, которая здесь быстро избавляется от балластных персонажей и имеет для того широчайший арсенал средств — от туманных облаков до местных болезней и существ вроде Сети.
Интересно, у всех возникают такие... недопонимания?
Хотелось верить в то, что так часто случается и проходит со временем, однако опыт подсказывал, что едва ли существует такое существо, способное смириться с, видимо, тяжелым характером Змея: за свою долгую жизнь он так и не завел себе ни друзей, ни приятелей, ни постоянных спутников. И что в знаке не так?..
Что же мне с тобой делать? — выявил свои тяжелые мысли Змей, всё так же не открывая глаза и не шевелясь. Просто не видел в том смысла и тянул блаженные мгновения в тепле и уюте.

+1

27

Откуда змей узнал о том, что Веня над ним стоит?.. А, к черту, наверное опять своей магией заумной помутил, ну или почувствовал. Дядя тоже чувствовал, хотя магией не обладал, но в общем, это не важно. Не сейчас, по крайней мере. Процесс на глазах парнишки развертывался стандартный, и заключался он в пробуждении. Пробуждение - дело однозначно тяжкое и у взрослых требует каких-то непонятных ритуалов с бубнами и потягушками. Если он будил маму, то она тут же на него нападала как фурия, орала о каких-то его не деланных делах, будил того же дядю — так он через пару минут опять был в объятиях Морфея. Тут, если посмотришь, то божество — это наполовину дядя. Просыпалось медленно, размеренно, чуть ли не умирая от желания вырубиться, полежать под теплым одеялушком. Одеяла - это вообще страшная вещь. Как укроешься, так оно тебя нагреет и не выпустит ни за что, будешь весь мерзнуть и леденеть, пока не вернешься обратно.
И в общих чертах, увидев, а вернее услышав, что Сашиэль проснулся, Веня послушно отошел от него, похоже, немного напуганный его суровым замечанием, и сел на свою ухоженную постельку, наблюдая за божеством. То ровным счетом никак не менялось: валялось себе с закрытыми глазами, практически спало. Да оно так и не проснется никогда, если лежать постоянно будет.

+1

28

Удивительно, что мальчонка, явно продолжавший держать обиду на Змея, послушался и отошел. Легче, впрочем, не стало: с душой знак погорячился, и не это на самом деле доставляло ему неприятные ощущения, а сам факт, что надо что-то делать и вообще отрываться от сна, который был его почти единственным развлечением.
И еще и смотрит так внимательно, будто это что-то даст.
Ты обижен на меня? — ответ не особо был важен Змею; он был полностью уверен в своих догадках, но как-то же надо было наладить отношения, которые знаку представлялись чем-то арифметическим: хорошо идущий разговор — плюсы, ругань — минусы. С течением времени и то, и другое накапливается, и отношения складываются в зависимости от соотношения одного с другим.
Исходя из таких соображений, молчание ни к чему не приведет в принципе.
Вне зависимости от ответа, надо будет все же объяснить Венсу, в чем же соль и почему Змей не заслужил обиду на себя. Одна только проблема: поймет ли? Поймет ли без примера?..
Впрочем, за примером далеко ходить не надо: стоит лишь сменить остров на какой-нибудь более оживленный, — Адвинтер казался Змею дико скучным, и он совсем не рассматривал его как локацию для поиска проблем на свои части тела — и неприятности различных размеров посыпятся сами. Так должно было быть, по крайней мере.

+1

29

Он склонил голову набок и приоткрыл рот, задумавшись. Всегда, когда он обижался, он не разговаривал. Он вообще не так уж часто разговаривал (изредка, однако, прошибало сильно), а когда обижался на кого-то вообще молчком, ни слова. Но будет ли считаться, что он скажет Змею, что с ним не разговаривает за то, что он с ним разговаривает? Да и не стоит на змея так сильно обижаться, это же... ну, Змей. Он не будет извиняться, плюнет и может даже порадуется, что так меньше вопросов выпадет на его больную голову. Да, скорее всего так и сделает, порадуется, а потом плюхнется дальше барашков считать, а ему, Веньке дальше скучать в четырех стенах. Да и что он будет делать, если ему опять захочется что-то спросить, а ведь ему обязательно захочется?
— Обижен, — эхом за знаком вторил он. А затем, видно, готовясь к чему-то масштабному со стороны знака, уперся обеими руками в края постельки и пригнулся вперед, при этом чудом не клюнув пол носом, что с ним зачастую случалось. Смотрел он прямо на божество, словно бы бросал ему вызов, и тихо себе ожидал его ответа на обиду мальчишки.
Обида сильная уже давным давно погибла внутри мальчишки, убитая сном. Оставалось только убежденность в том, что он обижен, а так Сашиеля он простил давным-давно, просто не хотел в этом признаться.

Отредактировано Венсу (11.07.13 12:20)

+1

30

Ну да, как знак и думал. Впрочем, трогало его это мало, да и трудно ожидать от божества, тем более, такого, какой-либо человечности и понимания: он просто удостоверился лишний раз.
Делать с обидой мальчонки он ничего особо не хотел, так как прекрасно понимал, что тот вскоре отойдет — ну, не будет же он всё время молчать, что-нибудь в этом странном мире его точно заинтересует, а спросить, кроме как у Змея, не у кого.
Да и было б из-за чего обидеться... Из-за того, что здесь такой уклад жизни? Подрастет — поймет, как ошибался в детстве.
Так что знак оставался как всегда спокоен и сонлив; ему было не принципиально ждать утра для пробуждения, но всё же вылезать из теплых объятий одеяла приятнее в светлое время суток, чем в ночь, когда все остальные спят, и бодрствует только обиженный Венсу, не сильно желающий вести беседы — видимо, из-за той специфичности ответов Змея, из-за которой с ним вообще никто подолгу не говорит, даже собратья по несчастью — другие знаки.
Пользуясь тишиной и спокойствием, Змей снова стал раскладывать в мыслях возможные занятия на ближайшее время. Делом приятным это было трудно назвать: невозможно ленивый, знак естественно хотел лениться и дальше, шататься в пассивном режиме по миру, — но надо было что-то делать с Венсу, который пока был еще слишком юн, чтобы осознать все прелести безделья. Хотя ему, наверное, оно и не светило по жизни — об этом Змей иногда забывал и вот сейчас всё же набрёл на эту мысль в дебрях сознания. И что же с ним делать?..
Мимолетно пролетела мысль о храмах последователей Змееострова. Сам Змей относился к ним скептически, — что ясно и понятно, — однако если взглянуть на проблему объективно... Кто, как не люди, сможет воспитать человеческого детёныша?
С другой стороны, малой может быстро сообразить, с кем до того шлялся по миру — как бы это не вызвало в нём что-нибудь не то, вроде очередной обиды или наоборот излишней симпатии.
Впрочем, это всё мелочи.

+1


Вы здесь » Хранилище миров » Нестабильная область » 20-21.2.4. ...Сегодня будет тепло.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC